Вход
обновлено 20.01.2015 17:29
Анонсы:

Фонтан Сен-Сюльпис

Фонтан Сен-Сюльпис

Сен-Сюльпис, один из красивейших парижских фонтанов, заказал Клод-Филибер Рамбуто, префект департамента Сена. Префект, вступивший в должность в 1833 году, проводил в жизнь амбициозную программу улучшения водоснабжения города. Он построил 200 километров нового водовода и, что не менее важно, 1700 небольших питьевых фонтанчиков по всему Парижу.

Монументальные же фонтаны – такие, как Сен-Сюльпис, – были установлены им просто для красоты.

Сен-Сюльпис и вправду хорош – двенадцатиметровой высоты каменное сооружение в стиле ренессанс с водопадами и украшениями. Архитектор Луи Висконти поставил три восьмиугольных бассейна на разных уровнях. На втором уровне рычащие львы с гербом Парижа, на третьем – чаши с прикреплёнными к ним масками; из открытых ртов льётся вода. На самом верху впечатляющее четырёхугольное навершие с куполом, коринфскими пилястрами и нишами, в которых размещены статуи четырёх французских епископов работы разных скульпторов – Жана-Жака Феше, Франсуа Ланно, Людовика Деспре и Жака-Огюста Фогинэ.

Как водится, фонтан сразу принялись критиковать: он, мол, зрительно перекрывает вход в церковь Сен-Сюльпис, чаши похожи на кухонную посуду, а львы рычат от раздражения из-за того, что на них сзади льётся вода. Кроме того, фонтан, чётко ориентированный на четыре стороны света, стали называть «fontaine des quatre points cardinaux». Буквально это и означает – «фонтан четырёх направлений», но «points cardinaux» можно произнести очень похоже на «pas cardinaux» – «не кардиналов». Ирония остроумных парижан означала, что ни один из этих епископов так и не стал кардиналом.

Однако Луи Висконти поставил статуи епископов вовсе не из-за их чинов. Жак Боссюэ, Франсуа Фенелон, Эспри Флешьер и Жан-Батист Массилон были поистине выдающимися проповедниками, богословами, писателями своего времени. Иногда они спорили друг с другом, как Боссюэ и его ученик Фенелон, всегда – с протестантами, но все их споры были освящены любовью к Богу и человеку. В своих проповедях они концентрировались в основном на моральных, а не доктринальных проблемах, обращались не только к разуму, но и к сердцу.

Фонтан пережил все революционные потрясения, и четыре великих епископа по-прежнему смотрят из его ниш как напоминание о том, что проповедь – долг каждого христианина.